Возвращение домой: Семья, которой они не ждали

В день, когда мы должны были оформить брак в здании суда, мой парень Сэмюэл Ли приказал вышвырнуть меня и привёл Рэйчел, свою подругу детства. Он равнодушно посмотрел на меня и сказал: «Ребёнку Рэйчел нужна законная опека. Как только мы разведёмся, я женюсь на тебе». Все были уверены, что я, будучи так сильно в него влюблена, охотно подожду ещё месяц. В конце концов, я ждала его уже семь лет. Но той же ночью я приняла предложение семьи о международном браке и исчезла из его мира. Три года спустя я вместе с мужем вернулась в страну, чтобы почтить память предков. У мужа возникли неотложные дела, и он поручил местному филиалу компании встретить меня. Совершенно неожиданно я столкнулась с Сэмюэлом Ли, которого не видела три года. «Ты уже достаточно покапризничала. Возвращайся... Ребёнку Рэйчел скоро пора в детский сад. Ты будешь отвечать за то, чтобы отвозить его и забирать». В зале прибытия я увидела человека, держащего табличку с моим английским именем. Подойдя ближе, я поняла, что это Сэмюэл Ли, которого не видела три года. Он стоял там с Рэйчел и несколькими своими приятелями — все вытягивали шеи и оглядывались по сторонам в ожидании. — Сэм, разве это не твоя тряпка Оливия? — сказал один из них. Сэмюэл, увидев меня, тоже выглядел удивленным, но быстро притворился безразличным и бросил: — Видите? Я же говорил, она приползёт обратно. Компания захихикала и уставилась на меня: — Оливия тогда исчезла, не сказав ни слова. А теперь, когда видит, что Сэм добился успеха, бьюсь об заклад, она каждую ночь ревёт в подушку от сожаления! — Но, Оливия, если ты хотела изобразить случайную встречу, зачем пришла в повседневной одежде? Неужели не могла принарядиться? — Только не говори, что без Сэма тебе не по карману даже приличная одежда? Ты, должно быть, совсем на мели! Раньше, отправляясь на встречу с Сэмюэлом, я всегда наносила самый изысканный макияж и выбирала самую выигрышную одежду, стараясь показать себя с лучшей стороны. Но теперь в этом не было нужды. Из-за беременности муж не разрешает мне краситься и хочет, чтобы я одевалась удобно. Этот простой наряд был сшит на заказ людьми, которых он нанял специально для меня. Слыша их слова, я понимала: им известно только моё английское имя, но они понятия не имеют, что я и есть тот самый человек, которого им поручили встретить. Заметив, что я молчу, тот, кто когда-то был ближе ко мне, поспешил сгладить обстановку: — Оливия, хорошо, что ты вернулась. На самом деле Сэм искал тебя все эти годы... повсюду наводил справки. Улыбка Сэмюэла застыла, после чего он нарочито небрежно произнёс: — Ребёнок Рэйчел скоро пойдёт в детский сад. Отныне ты будешь забирать и отвозить его. Сэмюэл оставался всё тем же высокомерным, самонадеянным типом. Но я больше не была той юной девушкой, что всегда потакала ему. При виде него я не испытывала ничего, кроме досады. Не желая терять с ними здесь время, я уже собиралась раскрыть, кто я, когда Рэйчел заговорила первой: — Оливия, не вини Сэма. Он сделал это ради твоей же заботы. В конце концов, кто знает, чем ты занималась эти три года, пока пропадала? Ты в таком плачевном состоянии, что с работой моего личного ассистента ты бы не справилась, даже если бы он предложил тебе это место. Не волнуйся, никто не осудит тебя, если ты поможешь мне присматривать за моим сыном. Три года спустя Рэйчел оставалась такой же заносчивой и всё так же умела вызывать у меня отвращение. Сэмюэл же превратно истолковал выражение моего лица как ревность и злость на него, и в его глазах промелькнуло самодовольство. — Ладно, хватит капризничать, когда сама не в состоянии пробиться, — сказал он. — Просто присматривай за ребёнком как следует и не создавай проблем. Знай своё место. Не переживай, у нас ещё найдётся комнатка для горничной. Едва он закончил, как толпа вокруг разразилась злобным хохотом. — Оливия, видишь, как Сэм к тебе добр? Боится, что ты там бедствуешь, вот и подыскал тебе стол и кров. — Помогать Рэйчел с ребёнком — разве это не лучше твоей нынешней нищей жизни? Скорее поблагодари Сэма. Рэйчел коснулась своих серёг и с притворным участием произнесла: — Оливия, можешь не волноваться. Если мой сын раскапризничается и не будет тебя слушаться, я сама его накажу. Не позволю тебе терпеть никакие обиды. Сэмюэл хмыкнул, бросив на меня взгляд. — Какие у неё могут быть обиды? Тогда она исчезла из-за какого-то пустяка. А теперь, когда сама не справилась и вернулась, ей только на пользу немного пострадать. Услышав эти слова, я вздрогнула. Даже теперь он считает, что женитьба на Рэйчел была сущим пустяком? Выходит, тот Сэмюэл, что когда-то любил меня, давно исчез. Он больше не был тем юношей, который, весь в ранах, нёс меня, раненую, через полгорода.И он уже не был тем юношей, который, не имея за душой ничего, громко клялся мне в любви и обещал весь мир. И уж точно не тем успешным мужчиной, который готов был собственноручно готовить для меня. Но ничего. Всё это в прошлом, незачем ворошить. В конце концов, я скоро рожу второго ребёнка.