За три дня до смерти от болезни они сказали, что я наконец усвоил урок

Вечером я вернулся домой. Жена Оливия и дочь Эмма готовили на кухне. Наверное, из-за моей поздней стадии рака я тихо закрыл дверь. Мать и дочь, казалось, не слышали меня и смеялись, пока готовили. Оливия обернулась с блюдом в руках и увидела меня. Ее улыбка на мгновение застыла, а затем вернулась к обычному выражению. «Адриан, когда ты вернулся? Я совсем ничего не слышала». Я молча посмотрел на блюдо в руках Оливии — жареные овощи, любимое блюдо Джейсона. Судя по виду, оно выглядело не хуже, чем у профессионального шеф-повара. Какая ирония. Я был при смерти, и только теперь узнал, что Оливия, прожившая со мной пять лет, умеет готовить. Раньше она вечно жаловалась на мою стряпню. Под «влиянием» Оливии Эмма тоже постепенно начала смотреть на меня свысока. Я много работал ради этой семьи, но в итоге не заслужил никакого уважения. Будь это раньше, я, наверное, закатил бы истерику, но теперь я просто спокойно прошел мимо них, сел на диван и стал разбирать вещи в сумке. Видя мое молчание, Оливия на мгновение замешкалась. Поставив блюдо на стол, она подошла. «Адриан, я хотела кое-что с тобой обсудить сегодня». Оливия как-то неестественно прикусила губу, помедлила, но все же заговорила: «Это насчет твоего брата Джейсона». Мое сердце упало, и в голову вдруг пришла нехорошая мысль. В следующую секунду слова Оливии меня ошеломили: «После химиотерапии Джейсон очень подавлен. Поэтому твои родители хотят, чтобы я вышла за него замуж, чтобы подбодрить его». В ушах зазвенело. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем я вновь обрел голос. «Значит, ты согласилась?» Оливия вздохнула: «Адриан, Джейсон, хоть и не твой родной брат, но после того, как твои родители его усыновили, он все равно член семьи». «К тому же, это лишь для того, чтобы его подбодрить. Как только Джейсона выпишут из больницы, я снова буду твоей женой и мамой Эммы». Не успел я и слова вставить, как встряла Эмма: «Да, пап. Дядя Джейсон в последнее время очень расстроен. Ты должен его понять!» Я молча смотрел на стоящих передо мной мать и дочь. Это была женщина, которую я любил много лет. Это был ребенок, которого я с огромным трудом вырастил. Я спрашивал себя, я никогда не делал ничего плохого. Перед своей семьей, женой и ребенком я всегда был честен и добросовестен. И что я получил в итоге? Их предательство. Но теперь это не имеет значения. Если Джейсон хочет всё, я отдам ему всё. Всё, мне больше ничего не нужно. Я поднял глаза на Оливию: «Хорошо, я согласен!» В глазах Оливии мелькнуло удивление: «Правда?» Она быстро достала из ящика документы на развод и положила их на стол. Я горько усмехнулся. Оливия, ах, Оливия, ты даже не можешь скрыть свое нетерпение? Я взял ручку и быстро подписал бумаги. После подписания лицо Оливии было полно облегчения, а выражение стало торжественным и нежным. «Адриан, после того, как Джейсона выпишут, мы снова поженимся. Не волнуйся, я тебя никогда не подведу!» Сказав это, Оливия тоже подписала документы о разводе. Затем она посмотрела на меня и вздохнула: «Адриан, ты стал гораздо благоразумнее, чем раньше. Я тоже совершала ошибки в прошлом, я была неправа. Когда Джейсону станет лучше, мы с Эммой вернемся и будем ухаживать за тобой!» «Да, пап!» — Эмма тоже заговорила, как маленькая взрослая. «Папа так хорошо относится к дяде Джейсону, я горжусь тобой!» Глядя на них, мое сердце превратилось в пепел. До этого момента я все еще питал последнюю крупицу надежды в отношении Оливии и Эммы. Но теперь... Забудьте. Кроме смерти, у меня не осталось никаких ожиданий. Я встал, намереваясь обойти их и вернуться в свою комнату, чтобы отдохнуть. Сильная волна головокружения накрыла меня, и я невольно потерял сознание. В последнее мгновение перед тем, как всё погрузилось во тьму, я увидел встревоженное лицо Оливии. Меня разбудил холод. Открыв глаза, я обнаружил, что всё еще лежу на полу. Взглянув на Оливию и Эмму, я увидел, что и мать, и дочь смотрят на меня с разочарованным выражением лиц. «Мама, я же говорила, папа снова притворяется!» — сказала Эмма.2 — Папа, ты можешь перестать вести себя как ребёнок? Ты действительно нас задерживаешь, мы едем навестить дядю Джейсона в больницу! Притворяешься? В этот момент Оливия тоже заговорила с разочарованием: — Адриан, ты можешь перестать устраивать сцены? Я же говорила тебе: хоть мы и в разводе, я всё ещё люблю тебя. Тебе незачем проверять меня такими детскими выходками, как симуляция обморока! Услышав слова Оливии, я наконец понял. Обезболивающий препарат, который я принял, мог оградить меня от любых болезней и боли на эти три дня. В течение этого времени я выглядел бы как нормальный человек, цвет лица ничем не отличался бы от здорового. Но побочные эффекты были смертельны. Через три дня я умру от отказа органов. Похоже, это лекарство действительно работает. Я с трудом поднялся на ноги: — Возможно, упал сахар, это пустяки. Я поеду с вами в больницу. Там нужны подписи Джейсона по некоторым процедурам передачи. Оливия кивнула. На её лице не отразилось ни тени удивления. Видимо, родители заранее ей всё рассказали.

Приехав в больницу, Джейсон смотрел телевизор в палате. — Адриан, ты здесь! — лицо Джейсона всё ещё было очень бледным, но настроение явно улучшилось. Однако я не пропустил самодовольства и высокомерия в его глазах. — Адриан, спасибо, что доверился мне и позволил управлять твоим бизнесом. Не волнуйся, я тебя не подведу! — Верно, Адриан. Пусть Джейсон управляет твоими магазинами и компанией — это здорово. Сможешь сидеть дома и каждый день получать дивиденды! — с улыбкой сказала мама. Я достал из сумки оставшиеся документы. — В таком случае пусть он управляет и всем моим имуществом. — Тогда мне вообще не придётся ни о чём беспокоиться в будущем. Все в палате остолбенели. — Адриан, ты серьёзно? Хочешь отдать всё своё имущество Джейсону? Оливия схватила меня за руку, её глаза были полны изумления. Теперь настала моя очередь недоумевать. Раньше они всегда принимали сторону Джейсона, давая ему всё, что он захочет. Если я не соглашался, они без конца меня ругали. Откуда же теперь, когда я отдаю всё Джейсону, такое непонимание? Первым пришёл в себя отец, его глаза светились удовлетворением: — Этот ребёнок наконец усвоил урок, он повзрослел! Наши старания вырастить тебя были не напрасны! — Адриан, теперь ты научился принимать брата, это хорошо! — С этого дня живите дружно, и нам, даже когда состаримся, будет спокойно! Спокойно? Папа, мама, Джейсон годами дурачил вас своей фальшивой личиной. Неужели вы правда верите, что Джейсон будет всем хорошо управлять для меня? Голова снова закружилась, в носу защекотало. Я дотронулся до него и понял, что идёт кровь. — Адриан, почему у тебя носовое кровотечение? Погода в последнее время несухая, — спросила мама. Моя рука замерла, вытирая кровь. Я не мог не взглянуть на них и не произнести: — Папа, мама, если однажды я действительно умру от болезни, вы будете сожалеть? Но выражение маминого лица ничуть не изменилось, она лишь улыбнулась и посмотрела на меня: — У тебя такой здоровый цвет лица, как ты можешь умереть от болезни? Хватит говорить такие дурные вещи! — Да, Джейсон — другое дело. Когда ему станет лучше, надо его хорошенько кормить, чтобы восстановился! — озабоченно глядя на Джейсона, сказал отец. — Я тоже так считаю! — поддакнула Эмма. — Папа очень здоров, а вот дядя Джейсон беспокоит нас больше всех! Последний проблеск надежды в моём сердце угас окончательно. Мне больше нечего ждать... Я опустил взгляд на Эмму и улыбнулся: — Эмма, разве ты не хотела всегда, чтобы дядя Джейсон стал твоим настоящим папой? — Теперь я согласен. Джейсон — твой папа, почему бы тебе не называть его папой? Глаза Эммы радостно засияли: — Правда?! Я слабо улыбнулся: — Когда назовёшь его папой, сможешь всегда есть еду, которую он готовит, и он будет рядом с тобой! — Это всегда было твоим желанием, ты рада? Эмма возбуждённо запрыгала: — Как здорово! Мой папа — лучший в мире! Спасибо тебе, папа! С этими словами Эмма отпустила мою руку и обняла Джейсона. Мои родители и Оливия с удовлетворением наблюдали эту сцену.

Я повернулся, чтобы уйти, в последний раз взглянув на них. Мои родители играли с Эммой вместе с Джейсоном, а Оливия стояла рядом с улыбкой на лице. Никто меня не заметил. Я закрыл дверь палаты и покинул больницу. До моей смерти оставался всего один день, и мне некуда было идти. В своей суетливой и торопливой жизни я никогда не находил времени, чтобы по-настоящему порадовать себя. Я купил билет до Приморска, чтобы ночью увидеть океан. Я хотел пойти в горы, но больше не мог держаться. Прямо перед тем, как потерять сознание, я набрал номер, по которому не звонил почти пять лет. Затем всё погрузилось во тьму, и я потерял сознание.

Когда я снова очнулся, то уже был в больнице. Я перевел взгляд, чтобы посмотреть на время. До моей смерти оставалось всего шесть часов. Рядом со мной был мой друг детства Кевин, с покрасневшими глазами. Много лет назад Кевин резко выступал против моих отношений с Оливией, говоря, что она недостойна того, чтобы я связывал с ней всю свою жизнь. Но я не слушал. Мы сильно поссорились, и из-за этого он не пришёл на мою свадьбу. Я знаю, что не должен беспокоить его сейчас, Но кроме него, мне в этом мире больше не к кому было обратиться. — Что с тобой творится? Ты же так гордился после женитьбы на Оливии? — Разве вы не жили счастливо втроём? Как ты дошёл до такого? Почему врач сказал, что у тебя начали отказывать органы? Голос Кевина прервался от волнения. Я улыбнулся ему, не снимая кислородной маски. Когда мы были молоды, мы дали друг другу обещание: если кто-то из нас дойдёт до конца своей жизни, Второй, несмотря ни на что, уладит все дела после его ухода. Я больше не мог говорить, поэтому с трудом поднял руку и указал на свою сумку. Кевин достал из сумки несколько документов. Он с минуту смотрел на них, потом слегка кивнул и убрал в свою сумку. К счастью, мы всё ещё понимали друг друга, как и прежде. Мы могли читать мысли друг друга без слов. До моей смерти оставалось всего три часа. Я отказался от реанимации. После очередного приступа беспамятства я очнулся. Кевин показал мне свой телефон. Там было сообщение от Джейсона: [Адриан, я выиграл! Я получил всё твоё] [Ты думал, что сможешь тягаться со мной? Тебе некого винить, кроме себя, в своей несостоятельности. Кто же виноват, что ты так сильно нравился твоим родителям!] [Просто тихо исчезни из семьи! Я позабочусь о твоих родителях, а заодно и о твоей жене и дочери!] Прочитав это, Кевин, этот пылкий молодой человек, плакал и ругался прямо в палате. Я лишь с горькой усмешкой вздохнул про себя. За всю свою жизнь я ни о чём не жалел, кроме как о том дне, когда попросил отца оплатить обучение Джейсона. Впервые я увидел Джейсона в обшарпанном приюте. В то время я вместе с учителем работал волонтёром в этом приюте. В тот день шёл сильный снег, и все дети жались друг к другу внутри, пытаясь согреться. Один лишь Джейсон был на заднем дворе и выбирал объедки костей из мусора, чтобы поесть. Я не мог на это равнодушно смотреть и умолил отца взять шефство над Джейсоном. После этого мы с Джейсоном стали близкими братьями, которые делили всё друг с другом. На следующий год Джейсон перевёлся в мой класс. Как только он появился, то сразу завоевал расположение учителей и одноклассников своим превосходством. Когда кто-то хвалил его, я тоже очень гордился. Пока потом всё не пошло наперекосяк. Мои друзья по непонятной причине начали отдаляться от меня, считая при этом Джейсона своим лучшим другом. Девочки, которым я нравился, тоже постепенно охладевали ко мне и вместо этого признавались в любви Джейсону. Даже мои родители начали часто приглашать Джейсона домой на ужины и оставлять ночевать. Они даже переделали мою комнату, сделав из неё комнату для Джейсона. Тогда я был слишком наивным и беспечным. Мне и в голову не приходило, что Джейсон умел отнимать всё, что мне принадлежало, под звуки чужих похвал. К тому моменту, когда я это осознал, Моей комнаты больше не было, Моей семьи больше не было, Всё моё было занято Джейсоном. Вообще-то однажды я спросил Джейсона, почему он так поступает, но его ответ заставил меня похолодеть изнутри: «Адриан, ты думал, я стану благодарить тебя за твою помощь? Да как я вообще могу быть тебе благодарен?» «Я терпеть не могу, как ты красуешься передо мной. Я обязательно заберу у тебя всё до последнего,» «Я просто хочу увидеть твоё отчаянное лицо, когда я отниму всё, что у тебя есть!»

Когда-то я думал, что смогу выгнать Джейсона. Ещё я думал, что смогу заставить родителей и Оливию увидеть его истинное лицо. Но я был слишком наивен. Я недооценил методы Джейсона и упустил из виду ту привязанность, которую испытывали к нему мои родители, Оливия и даже Эмма. Я проиграл окончательно. До моей смерти оставалось всего 9 минут. Сознание начало угасать, а зрение — затуманиваться. Но я всё ещё видел сообщение, которое мама отправила мне на телефон Кевина: [Адриан, в ближайшие дни найми кого-нибудь перекрасить стены в твоём доме. У твоего брата есть любимый цвет!] [Кстати, твоего брата выпишут через полмесяца. Когда он выйдет, вывези часть своих вещей. Джейсону нужно поставить свои!] Даже в последние мгновения моей жизни мама всё ещё беспокоилась о Джейсоне. Похоже, в её сердце я и правда ничего не значил. Ну и пусть... Казалось, Кевин плакал и что-то кричал мне в ухо, но я уже ничего не слышал. Я боролся столько лет, я действительно слишком устал. Наконец-то я могу хорошенько выспаться...

Двадцать четвёртого ноября Адриан Салливан скончался в больнице Приморска в возрасте двадцати девяти лет. Джейсон смотрел телевизор на своей больничной койке, когда дверь внезапно распахнулась. Он поднял взгляд и увидел, как входит мужчина — его биологический отец. — Что ты здесь делаешь? — в глазах Джейсона мелькнуло отвращение, но вместе с тем и тень страха. Фрэнк усмехнулся: — Ну, не брось я тебя тогда в приюте, разве ты попал бы в такую богатую семью? — У меня кончились деньги. Переведи мне сто тысяч долларов! Джейсон резко сел в постели, сверля Фрэнка взглядом. — С какой стати? Ты хоть один день заботился обо мне с тех пор, как я родился? Фрэнк неторопливо опустился на диван в больничной палате. — Хватит болтать, Джейсон. Послушай, я знаю обо всех твоих грязных делишках. — Ты лучше тихо переведи мне деньги, и тогда нам не придется ссориться. Иначе ты знаешь, на что я способен! Руки Джейсона сжались в кулаки. Спустя долгое мгновение он наконец разжал их. — Ладно, дай мне немного времени. Мне нужно выписаться, чтобы заработать деньги. Фрэнк хмыкнул: — Родиться молодым господином тебе не повезло, а болезнь у тебя как у господина. Всего-то ранняя стадия рака, а сколько денег потрачено! — Даю тебе два дня. Если через два дня я не увижу денег, я сам найду твоего приемного отца из семьи Салливан! Фрэнк пинком распахнул дверь и ушел. Джейсон с силой швырнул стеклянный стакан с прикроватной тумбочки. Он тяжело дышал, его глаза были полны жгучей ненависти. Почему... Почему все остальные могут жить такой счастливой жизнью, в то время как он только и годился, чтобы такой зверь-отец бросил его в приюте? Почему он должен был жить, чувствуя на себе презрительные взгляды? Он столько трудился, чтобы занять место Адриана, чтобы вытолкнуть сына Салливанов из семьи. Он ни за что не вернется к жалкому существованию впроголодь! Джейсон поднялся с больничной койки. После того как он обманом лишил Адриана шанса на химиотерапию, его выздоровление шло всё быстрее день ото дня. Его должны были скоро выписать. Но сейчас он лишь хотел поскорее распродать всю недвижимость, магазины и компании, которые он отобрал у Адриана, А затем частями перевести все деньги за границу и уехать из страны под каким-нибудь предлогом. Так его зверь-отец больше никогда его не найдет, Как и легковерная семья Салливан. Да, ему нужно было провернуть это как можно скорее! Он сказал медсестре на посту, что выходит подышать свежим воздухом, затем спустился вниз и поймал такси до банка. В банке Джейсон протянул свою карту кассиру, и его сердце затрепетало от волнения. Скоро деньги Адриана станут его. Наконец-то он будет свободен.